Влияет ли язык, на котором мы говорим, на то, как мы думаем?

Вопрос

Языки делят мир по-разному. В русском есть отдельные базовые слова для светло-синего и тёмно-синего — «голубой» и «синий». В некоторых австралийских языках нет слов «лево» и «право», и всё описывается по сторонам света: «у тебя муравей на северо-восточной ноге». У народа пираха в Амазонии нет слов для точных чисел. Некоторые языки требуют, чтобы каждый глагол сообщал, откуда говорящий знает сказанное: видел сам, слышал, догадывается.

Меняет ли это только то, как люди говорят, или ещё и то, как они воспринимают, запоминают и думают? Идея о том, что язык формирует мышление, связана с лингвистом Эдвардом Сепиром и его учеником Бенджамином Ли Уорфом, который в 1940 году писал, что мы расчленяем природу по линиям, проложенным нашим родным языком.

Этот вопрос отмечен как частично решённый. От сильной версии — что язык определяет, что мы вообще можем думать, — отказались. У более слабой версии — что язык влияет на некоторые виды мышления — есть реальные подтверждения. Насколько далеко простирается это влияние, по-прежнему открытый вопрос.

Что известно

• Знаменитый пример самого Уорфа не подтвердился. Он утверждал, что в языке хопи нет слов для времени и его носители иначе воспринимают время. Подробное исследование хопи 1983 года нашло множество слов для времени и времён глагола. Популярное утверждение, что в эскимосских языках сотни слов для снега, — тоже миф.
• Люди могут думать о том, для чего в их языке нет слов. Младенцы и животные думают без языка, а люди легко усваивают новые различия, когда они нужны. Сильный лингвистический детерминизм неверен.
• Но измеримые эффекты есть. В 2007 году носители русского различали два оттенка синего быстрее носителей английского, если один был «голубым», а другой «синим». Преимущество исчезало, когда им одновременно приходилось про себя повторять числа, — это говорит о том, что язык участвовал в задаче прямо в этот момент.
• Носители языков, использующих стороны света, постоянно знают, где север, даже в помещении, и, расставляя предметы или вспоминая сцены, часто используют абсолютные направления там, где носители английского используют «лево» и «право».
• Без слов для чисел точный счёт труден. Носители пираха могли точно сопоставлять количества, когда предметы были перед глазами, но ошибались с большими числами, когда их нужно было запомнить.

Основные гипотезы

Язык как инструмент

Слова — инструменты, которые облегчают и ускоряют некоторые способы мышления: точные числа — для счёта, названия цветов — для запоминания цветов. Без инструмента задачу можно решить, но хуже. Эта точка зрения объясняет результаты со счётом и памятью.

Язык в моменте

Язык влияет на мышление в основном тогда, когда он активен во время задачи: мы про себя называем вещи, и названия направляют внимание. Это подтверждает исчезновение цветового эффекта при речевой помехе.

Привычки внимания

Каждый язык требует от носителей постоянно замечать определённые вещи — направление, род, источник знания, — чтобы вообще говорить правильно. За жизнь это создаёт привычки внимания, которые сохраняются и тогда, когда человек не говорит.

Культура, а не язык

Критики утверждают, что многие эффекты возникают из-за культуры, среды или образования, которые различаются у разных групп вместе с языком. Трудно сравнить носителей двух языков, не сравнивая заодно два образа жизни.

Что могло бы дать ответ

• Крупные предварительно зарегистрированные исследования, сравнивающие много языков, которые покажут, какие эффекты устойчивы, а какие нет.
• Исследования двуязычных людей при смене языка или людей, осваивающих новое различие, чтобы отделить язык от культуры.
• Доказательства того, что эффекты языка проявляются в повседневных решениях и памяти, а не только во времени реакции в лаборатории.